Стучится ветер

 

Стучится ветер в стёкла окон.

Так память мне стучится в душу.

Обыденности плотный кокон

Стремясь пробить, порвать, нарушить.

Воспоминаний кружит стая

Как ворох писем пожелтелых.

В них свет потерянного рая,

И цвет одежд, когда-то белых.

Взаимосвязаны, как звуки

Мелодии, что отзвучала,

Они протягивают руки,

Чтобы вернуть меня к анналам.

Но - странно и необъяснимо -

Там есть чужие строки тоже.

И разница - неуловима.

Лишь мир как будто чуть моложе.

Я чётко помню:

чьи-то лица,

Свет глаз - родных, но незнакомых,

И шарканье по половицам,

И стрекотанье насекомых,

И прядь, щекочущую шею,

И жар лучей на влажной коже,

И ясно вижу отраженье,

Что так с лицом моим несхоже…

 

Я знаю: было, было, было!

Ах, ветер! Чей ты сон нарушил?

Стучишь ты в окна что есть силы,

Стучатся в сердце чьи-то души…

 

 

 Позабыть города

 

Позабыть города с закопчёнными стенами,

И бесцветными лицами хмурых людей;

Где пробиты кварталы набухшими венами

Переполненных улиц, дорог, площадей.

 

Оттолкнуться веслом от привычного берега

Невесомо уплыть по жемчужной воде,

Выбирая пути не по карте, уверенно,

А по музыке сфер, что разлита везде.

 

Плыть и плыть… Ничего наперёд не загадывать.

Слушать свист в парусах, плеск воды у бортов.

Без особенной цели: чтоб сердце порадовать.

Не считая минут, и не помня веков.

 

И когда отболит, отдалится прожитое,

Заполощется в небе вновь поднятый флаг,

Оценить по-иному однажды забытое,

И вернуться туда, где погас твой очаг.

 

 

 Хозяйка

 

Мой дом - как караван-сарай,

Куда заходят по дороге

И те, кто сиры и убоги,

И те, кого лелеют боги;

Кто не нашёл себе берлоги,

И просто по дороге в Рай.

 

Болтают, пьют дешёвый чай,

Терзают муз и Аполлона,

Читают Кафку и Платона,

Поют, и плачут, - все знакомы,

Все чувствуют себя как дома,

Ласкают кошку; даже лай

 

Собаки - радостным «Давай!»

Приветствуют - весёлым хором.

Порой, душевным разговорам -

Словесным кружевным узорам -

Молчанье предпочтут, и взором

Расплещут чувства через край.

 

Мой дом - как караван-сарай,

Хозяйка - я, и мне с улыбкой

Следить, чтоб чайник пел на плитке,

Чтоб были яства и напитки, -

И души, словно струны скрипки,

Настраивать…

- Бурли!

- Играй!

 

 

 Эго

 

Я - эхо чьей-то мысли древней.

Блик на волне. Я - отсвет звёзд.

Миг в бесконечности творенья.

Меж бывшим и не-бывшим мост.

 

Не капля в океане пенном,

А круг от капли на воде.

Тень на стене. И для вселенной

Живу я - никогда. Нигде.

 

Незначащий, ничтожный атом,

В прозреньи кратком бытия,

Я - то, что мило мне и свято.

В том - суть, и в том - душа моя.

 

И пусть Господь меня не слышит,

В своё величье погружён,

Весь мир - во мне. И космос дышит,

В моём сознаньи отражён.

 

И в сердце - в самой сердцевине -

Горит нездешний дивный свет,

Соединяя вечер синий

С коловращением планет.

 

Там зов любви, там вкус печали,

Что каплет с неба в сентябре;

И звёзд серебряных спирали -

Следы салазок на горе.

 

 

 Сон и явь

 

Правдоподобны и безумны,

Неясных образов полны,

Нисходят сны на мир подлунный,

Нисходят сны.

 

Могу я вырваться из круга,

На всё несуетно взглянуть.

Я знаю - кто мы и откуда,

И вижу путь.

 

Я ощущаю цвет и запах

Как дрожь натянутых времён…

И жизнь идет на мягких лапах

Чужих племён.

 

Я слышу поступь поколений,

Их вековечный смех и плач;

Я - их судеб незримый гений.

Друг и палач.

 

И, метеором пролетая

По грани тысячи миров,

Я всё могу, всё понимаю.

Я - в царстве снов.

 

Но день приходит, сон дробится,

И у меня в руках опять

Осколки - пёрышки Жар-птицы -

Их не собрать.

 

И снова невесомой тенью

Лечу, куда несёт судьба,

Уже не равная вселенной, -

Её раба.

 

 

 Прежде и теперь

 

Я раньше летала легко, без усилий.

Я раньше планету в ладонях носила.

Я видела звёзды при солнечном свете.

Любили меня все собаки и дети.

Дороги мне под ноги сами стелились.

Но звёзды исчезли, а крылья сносились.

Сторонкой проходят угрюмые псины.

И вместо магнолий - ольха да осины.

Дано было много, а я - промоталась,

И клянчу убого последнюю малость:

Позволь, о Господь мой, взлететь - на минутку!

…Смеётся!

Он ценит

хорошую

шутку.

 

 

 Хрустальный мир

 

Я живу в хрустальном мире -

Вы не видите его.

Я летаю по квартире,

Если дома никого.

За закрытыми дверями

Обо всём что есть, подряд,

Со зверями и цветами

Я болтаю невпопад, -

И о том, что было где-то,

Или не было пока,

Мне дают они советы,

Что верны наверняка.

Для меня пылинки пляшут

В ярком солнечном луче,

Ветер крылышками машет,

Засыпая на плече…

Из любви или приязни,

Всех вещей взаимосвязь

Открывает без боязни

Мне природа, не таясь.

И стесняться ей не нужно -

Бездны,

равные вполне:

Вся вселенная - снаружи,

И поэзия - во мне.

 

 

 Хочется

 

А хочется спеть - не странно ли? -

Что-нибудь многоцветное,

Ни капельки не печальное,

А радостное, приветное!

Чтобы помнилось - лучшее,

Ласковое, хорошее!

Чтобы перо нескучное

Не выглядело заброшенным...

Чтобы - улыбок множество,

Рюмок хрустальной звонкости!

Что нам зимы убожество,

Погода... какие тонкости!

Света в глазах достаточно,

Барометр сердец - на ясности!

Солнце всего лишь прячется,

А прочее - это частности.

 

 

 Нарисуй!

 

Нарисуй мне небо, солнце,

Нарисуй улыбку дня!

Лужи, тёплые до донца,

Одуванчики-червонцы,

И, конечно же, меня!

 

Нарисуй собаку-дога,

И купание коня,

Чтобы масти алой много,

Чтоб - и радость, и тревога…

И, конечно же, меня!

 

Нарисуй - на остановке

У трамвая толкотня,

И Феррари на парковке,

Цвета чищеной морковки,

И, конечно же, меня!

 

Нарисуй ты смех и ветер,

В небо радугой маня!

Нарисуй мне всё на свете:

Счастье, мир на всей планете,

И, конечно же, меня!

 

Жаль, что нынче серый дождик,

Капли падают, звеня…

Но, любимый, ты - художник,

Ты погоде не заложник, -

Нарисуй же мне картину

Про тебя и про меня!

 

 

 Родина

 

По дремучим грибным борам,

По дурману глухих болот -

Бродит сердце по «северам»,

Разнотравьем и мхами - вброд.

 

По затонам - русалок плеск.

По стремнинам - форели ход.

По корьёвнику лёгкий треск -

Правит сабельки дикий кот.

 

Сонно по-небу - стругов ряд:

Облака гонит ветер-рок -

Или клочья пены с коняг,

А возничий - Илья-пророк?

 

Здесь брусника горстями - на!

Здесь морошка и шикша - вот!

И шаманским бубном - Луна,

И костром купальским - восход.

 

Голос родины слышишь? чу!

Этот голос меня зовёт!

Гостем в городе быть хочу.

А выходит - наоборот...

 

 

 Ангел судьбы

 

В одной руке держал Он меч,

Цветок - в другой.

Мне - выбирать: чем пренебречь,

Что взять с собой?

 

Цветок так хрупок! лепестки

Его дрожат...

И - продолжением руки -

Клинка булат.

 

Удобно ляжет рукоять

В мою ладонь,

Встрепещет супостатов рать:

Попробуй, тронь!

 

И путь мой будет прям и прост -

Как просечён -

От колыбели и до звёзд

Пробит мечом!

 

Но... нежный венчик - бел и мал,

Почти без сил -

Он ничего не обещал,

И не просил.

 

- Решайся: что - твоя судьба?

Герой? Пророк?

...Верней был меч! -

Рука сама

Взяла цветок...

 

 

 Два угодья

 

Два угодья в долине души моей,

И границы меж ними нет.

В половине одной - перепляс теней,

А в другой - незакатный свет.

 

Шаг упругий, отточенный остро клык,

Ярость жаркая злой волной.

Или: шелест листвы, и лесной родник,

И прощение, и покой.

 

Здесь прозрачна, открыта моя душа.

В мире светлом творить - что петь.

Чудо, мука, свершение каждый шаг:

Не обидеть бы, не задеть…

 

А во тьме - так просторно, и нет преград,

И решения так просты!

Там бесстыжая воля - за просто так!

Только очи её пусты.

 

Два зрачка - два ствола, что берут в прицел!

Я - зверь, хищник, что встал на след!

Не хочу! презираю! такой удел.

Знаю - верю - иду на свет.

 

 

 Я - русская!

 

Кичащиеся разумом народы, -

Что видят в нас лишь орды дикарей,

Ленивых, злобных, слабоумных от природы,

Не то людей, не то полузверей, -

Из вылизанных маленьких клетушек

Пытаются нас вечно поучать, -

Им очень хочется исполнить долг пастуший…

Как не понять!

 

Но… им самим не странно - неужели? -

Что столь обширна русская страна:

Над пухом ковыля, свечами пихт и елей -

Всё та же песня - русская - слышна!

Здесь прорастает нашей жизни семя

Из века в век. Мы - кровь и соль земли.

Через пространства смотрит Русь - и через время -

В глаза мои.

 

Здесь пращуры мои друг с другом бились

И брали полонянок молодых…

Металлом в тигле переплавились и слились

Их силы, их черты и гены их.

Мечтательность славян и их мятежность,

И непокорство скифское… Живёт

В нас жар и страсть степи, и северная нежность, -

Такой народ.

 

Сколотской поляницы взор раскосый

И половецкой кожи белизна,

Стекают по плечам из кельтской меди косы,

Крепка угорских бёдер крутизна…

Я - русская! И кровь моя густая

Замешана великой тьмой племён.

Земля Евразии - лесная и степная -

Мой древний дом.