Вступление было пасмурным и однозвучным.
Утро плакало проливным дождем – безнадежно однообразным. Вода прибывала, прибывала… - нет, это не была латинская страна с тропическими ливнями и наводнениями, это была всего лишь июньская Москва со своими бедами и болью. Вступление резко завершилось глухим аккордом разбившегося о подоконник дождевого потока.

На улице не по-осеннему тепло. То ли спустилось Indian Summer, пестрое, дымное, незнакомое, со своими разноцветными пончо-шалями, уютными, шерстяными – в них хочется укутаться, словно спрятаться в уверенных мужских руках. То ли это еще какое время года, мне не ведомое, пятое - то, которое наступает, когда свобода перемешивается с одиночеством.

За окном усилился дождь, безжалостно штрихуя косыми холодными росчерками кирпичную стену дома напротив. Едким неоновым светом в центре стены высвечивалось большое окно другого офиса, где, как на экране кинотеатра, протекала чья-то чужая жизнь.